Понедельник , Декабрь 10 2018
Домой / Своими глазами / Красота – по-башкирски матурлыҡ

Красота – по-башкирски матурлыҡ

Фото: Константин Исааков

Этой осенью я впервые оказался в Башкартостане. Края вроде не такие уж далекие, да прежде все как-то не складывалось. Знания мои о регионе были к этому времени довольно скудны. Ну да, вроде именно там, в Уфе прорвался к вершинам славы (или, как в те времена говорили, «из грязи в князи») великий бас Федор Шаляпин. Из тех краев звезда балета мировой величины и Рудольф Нуреев. И что-то краем уха слышал я о Салавате Юлаеве – башкирском народном герое, соратнике Емельяна Пугачева.

Через несколько дней я улетал отсюда влюбленным. В тот собирательный образ, который составила во мне эта поездка. Образ, что соединил в себе удивительную поэтичность и мелодику этих мест. Чуть приглушенную осенними туманами нежность.

Частенько, признаться, пользуюсь в описании увиденных городов и территорий гендерными сопоставлениями и характеристиками. В Уфе немного растерялся. Очень женственный город! Пышная шевелюра зелени, теплые тона строений в центре, даже памятники.

Ну, этот фонтан с девушками из местной легенды – он как бы сам о себе говорит.

Но даже на памятникам мужчинам некая печать тонкой душевной организации, ранимости, сомнений. Музыкант Загир Исмагилов, поэт Мустай Карим…

Да что говорить о людях творческих, если сам воин Салават, здешний Робин Гуд, как мне о нем рассказали, был натурой мятущейся, сомневающейся, страстной.

А как по-женски стройны и величавы здешние храмы – хоть мусульманские, хоть православные.

Да и современный стрит-арт не выбивается из этой вполне себе женской интонация: смотрите, какая легкая, ажурная пчелка.

Что до Конгресс-центра, то он напомнил мне плавностью своих линий возлежащую на пригорке, утомленную трудами крестьянку, у ног которой врассыпную расселись внуки-шатры.

А прапрадедушка этого большого семейства Салават Юлаев уже куда-то направил своего буйного коня – то ли в вязь народных легенд, то ли в неведомое ему будущее.

Музей археологии и этнографии. Казалось бы, мужское это занятие – раскапывать, исследовать. И знаменитый Стерлитамакский метеорит на входе к экспозиции настраивает нас на что-то мужественно-основательное.

Но вот сами экспонаты: весьма элегантная для доисторических времен домашняя утварь, пышная и яркая реплика убранства башкирской юрты…

А потом вы попадете в хранилище легендарного сарматского золота. И поймете: сарматы знали толк в красоте.

Поэтичны и залы Башкирского государственного художественного музея имени М. В. Нестерова (с этим известным русским художником также многое связано в Уфе) – что в залах с этнической темой, что в коллекции живописи.

Но вы еще не слышали башкирской музыки, песен!

Начнем, впрочем, с мировой классики в башкирском исполнении. Вечером – в оперный театр, на любимую «Травиату»!

Настоятельно советую: приходите в Башкирский государственный театр оперы и балета заранее.

Потому что здесь прекрасный музей… и даже не один. Основной музей посвящен истории театра и его выдающимся режиссерам, актерам.

Второй – особенный: он о Рудольфе Нурееве. Нуреев не просто танцевал на этой сцене – он, по сути, как раз здесь и стал таким, каким его знает мир: ярким артистом с уникальной техникой. И при этом личностью страстной, подчас страстями раздираемой, ранимой, не вмещающейся в рамки советской культуры, а потому из этих рамок в итоге и вырвавшейся. Но Париж и всемирная слава – все это будет уже потом.

А в зале неподалеку – временная экспозиция: в ней представлен башкирский национальный костюм.

Вот ведь действительно, не просто театр, а еще и музейный комплекс.

И все-таки, в первую очередь, театр! Это я понял, стоило лишь открыться классическому бархатному занавесу. Зазвучали первые аккорды гениальной музыки Верди, прекрасные голоса запели с детства знакомые арии – музыка была со мной!

Мог ли я в те часы наслаждения оперой предположить, что поутру меня ожидают не менее яркие наслаждения – тоже музыкальные, но совсем иного рода?

Что должен чувствовать мужчина зрелых лет, когда его у машины встречают две красавицы?

«Это Юля и Зиля, – представил мне девушек Марат Файзуллин, музыкант и продюсер, с которым мы договорились съездить накануне моего возвращения в Москву к предгорьям Южного Урала: полюбоваться здешней природой, заглянуть в Инзер, средоточие башкирских здравниц. – Они сестры. И они прекрасно поют – вместе и поодиночке. Наш небольшой музыкальный коллектив хочет вам сегодня сделать такой вот подарок – познакомить с башкирской музыкой, башкирскими песнями».

Дорога неблизкая, и по пути я узнаю, едут со мной не просто «девочки», а талантливые башкирские исполнительницы Юлия и Зилия Бахтиевы, чья известность уже шагнула далеко за пределы Башкартостана.

«Юля вообще-то «Мисс Совершенство», этот титул она получила на Международном конкурсе красоты «Мисс Азия», – поясняет Марат.

«Ну да, заметно», – нервно сглатывая, реагирую я невпопад.

А Зиля – это Зилия Бахтиева, чей волшебный голос пленил самого Эрика Муке из культовой французской группы Deep Forest: услышав его на Международном фестивале искусств «Сердце Евразии», он тут же предложил Зиле участие в новом альбоме. Альбом вышел в конце июня, и в него была включена композиция Brassy Sunrise с Зилией Бахтиевой (использован фрагмент башкирской песни «Болон»). А в начале октября Deep Forest записала еще несколько композиций с Зилей и Юлей в Аскинской ледяной пещере.

Ничего себе компания! Мало того, что просто красавицы…

А Зиля и Юля весело болтают на заднем сидении. Узнаю, что сестры Бахтиевы – из известной в Бащкартостане поющей семьи Хасановых, что живет в Баймакском районе. Когда семейный ансамбль выступает в полном составе, то это больше сотни человек – несколько поколений.

«Приезжайте к нам в Баймак – всех увидите и услышите!» – говорит мне Зиля.

Конечно, хочу!

Но пока мы въезжаем в Инзер, это Южный Урал, и его буколические картины на какое-то время отвлекают нас от музыки.

Как же здесь дышится! И как отдыхает глаз! День туманный, но сквозь дымку проглядывает желто-зеленая осень с пятнами разноцветных крыш. А вот и климатический санаторий «Ассы» – надо непременно заглянуть.

«Там вам понравится», – говорили мне еще в Уфе.

А как, собственно, может не понравится, когда вокруг такое чудо! Даже если лечиться ни от чего не надо. Просто гуляй и наслаждайся!

Ну, а если надо здоровьем заняться, – пожалуйста. Начнем с того, что здесь уникальные минеральные воды: сульфатно-хлоридные, кальциево-натриевые. Они полезны для органов пищеварения – например, при гастрите (а у кого его нет?), язве, заболеваниях печени, эндокринной и мочеполовой систем. Уж простите за неромантические подробности, но информация эта действительно полезная.

Другой, более концентрированный тип здешних вод применяется наружно – для лечения ревматических пороков сердца, гипертонии, заболеваний центральной нервной системы, последствий травм, а также остеоартрозов, эндокринных заболеваний, поражений кожи.

Сам санаторий существует уже 17 лет, но корпуса его реновированы, дизайн симпатичный и порой забавный, медицинское оборудование современное.

И все же главный лечебный фактор тут – климат, природа. Ощущение чистоты и умиротворения не покидают ни на минуту: воздух воздухом, но лечит еще и красота вокруг. О гармонизирующем воздействии Красоты на человека написано много великих романов. А красота Южного Урала – именно такая, гармонизирующая.

«Из наслаждений жизни одной любви музыка уступает. Но и любовь – мелодия», – говорил Пушкин устами самого светлого из героев своих «Маленьких трагедий», Моцарта.

Ах, красота, красота, ты – единственный диктатор, которого я безоговорочно принимаю во все годы моей не короткой уже жизни. Ты гипнотизируешь и манишь. Ты даешь надежду, и ты же ее отбираешь. Но без тебя – не жизнь. И, если бы тебя не существовало на свете, я бы тебя придумал.

Закончены осмотр санатория и вкусный обед. И тут они запели! Зиля и Юля. Каждая отдельно и дуэтом. Марат аккомпанировал им на странном национальном инструменте.

Они пели башкирские народные песни. О чем? Не знаю. Спросить не решился. По-моему, о любви. О чем еще можно так красиво петь…

«Но и любовь – мелодия».

Юля пела высоко и страстно. Страсть была сдержанной, приглушенной, но для чуткого уха ощутимой и волнующей.

Зиля пела невыразимо нежно.

Вслушиваясь в песни двух сестер, я, казалось, слышал голоса всех башкирских женщин: застенчивые, преданные, заботливые, ласковые, самоотверженные…

«Да, наши женщины действительно такие», – подтвердил мне Марат.

«То есть идеальные возлюбленные, идеальные жены?» – выпалил я опять невпопад, подняв взгляд на девушек, только что закончивших петь и тоже взволнованных этим процессом самовыражения в звуке, в тембре, в мелодии и в неведомых мне словах.

Они промолчали. Засмущались. Вечно я задаю бестактные вопросы.

Фото автора

Источник

Проверьте также

Заводной туризм: как попасть на предприятия и зачем это нужно

Фото: Анастасия Обуденкова Производственное закулисье – сюда пока может попасть не каждый. Например, увидеть, какой …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Comments links could be nofollow free.