Понедельник , Декабрь 10 2018
Домой / Своими глазами / От Бергена к Ставангеру: женские и мужские образы страны фьордов

От Бергена к Ставангеру: женские и мужские образы страны фьордов

Фото: Константин Исааков

Знаю за собой такую манеру – очеловечивать природу. Не отпускает эта привычка меня ни в кенийских саваннах, ни в пестрых предгорьях Алтая. Вот и в этот раз, путешествуя по осенней Норвегии, по, возможно, самым красивым ее местам, включая регион фьордов, я повсюду видел странные и отнюдь не только брутальные (как это принято воспринимать скандинавов) образы.

Первый раз я побывал в Бергене минувшей весной. Тогда город поразил меня совсем не северным разноцветьем красок, чувственным темпераментом местных музыкантов, праздничностью повседневного, казалось бы, образа жизни. И это объяснялось просто: я приехал на крупнейший в Норвегии Bergen International Festival.

И вот я в осеннем Бергене. Идет дождь. Но кто вам сказал, что дождливая погода – это непременно плохо? Просто все по-другому. Другая образность.

Если с набережной завернуть в небольшую подворотню, то можно смело закрывать мешающий съемке зонтик: здесь, в средневековом ганзейском закоулке, именуемом Bryggen Tracteursted, легко проскочишь под козырьками меж лавочек к вполне «домашнему», что видно уже даже снаружи, ресторанчику Bellevue, где нас ждут на ужин.

Но быстренько – это сейчас не про меня, застревающего у каждой завитой древесной загогулины, у каждого в вечерней дымке окна. Смотри (это я себе!), какой красивый девичий силуэт в этом окне самого Bellevue – надо снять. Хоть, скорее всего, и не получится – сумерки.

Не получилось. И ладно бы это, но в самом небольшом ресторанчике, рассматривая его вполне досконально под разными предлогами (руки помыть и прочее), я так и не нашел ту девушку, чей профиль хоть чуть напомнил бы мне тот абрис в окне. Или он мне привиделся – этот женский образ осеннего Бергена?

В том, что скандинавских женщин неодолимо тянет к огню, я еще смогу убедиться в Хогесунде. Но уже в Бергене тот мелькнувший в окне лик не давал мне покоя.

Я высматривал его на вымытых дождями площадях и у стен кофеен. Но встретил лишь железного бродягу, которого хотелось утешить, который, однако, в этом утешении, похоже, не нуждался.

Я искал эту девушку скользящим взглядом в городских парках, совсем по-летнему цветущих и зеленых. Но видел только белых чаек, залетевших сюда с Балтики.

Я поднялся вместе с чайками (только «по-человечьи», а не по-птичьи – с помощью Fløibanen Funicular) на смотровую площадку нагорного парка Fløyen, откуда весной Берген, помнится, лучился в изрезанных береговых изгибах залива, а теперь, осенью выскальзывал из тумана яркими пятнами крыш и листьев. Но было слишком высоко, и образ так и не индивидуализировался.

Наконец, казалось, я нашел его в Музее Эдварда Грига.

Там, в композиторской усадьбе, тоже было окно, и в нем тоже высветился вдруг девичий профиль – совсем такой же. И на сей раз даже фотография получилась!

Но внутри, в стенах композиторского особняка, где все дышало романтической грустью, прекрасный оригинал вновь не обнаружился.

Не оказалось этого лица и среди множества портретов на стенах.

И даже домике у воды, где композитор любил наслаждаться одиночеством, не мелькнула тень той то ли Музы, то ли Девы.

И тут случилась музыка. Нас пригласили в концертный зал при усадьбе.

На сцене одиноко стоял рояль. Я срочно его запечатлел (нас предупредили: сейчас выйдет пианистка – и снимать будет нельзя).

Она вышла. Это была сама норвежская девушка, которую я накануне видел в окне ресторана Bellevue… та, что промелькнула в окне композиторского дома. Образ осеннего Бергена. Нота музыки Грига. Прохладная красота, что тянется к теплу.

А наш путь лежит на юг. И на юг нас ведет вода. Водные путешествия по Норвегии – это вообще отдельная рапсодия.

Неважно, на пароме ты или на теплоходе, но непременно следует (я вас заклинаю!), невзирая на любые небесные хляби, стоять на палубе и снимать, снимать, снимать. Потому что слева и справа по борту – очаровательная буколика: зеленые островки, разнокрышные домики, суда и суденышки.

Хогесунд нас встретил огнем. Огонь горел в огромной печи Formbar Glassverksted – здесь, в студии, отливались изысканные сосуды из стекла. Создали эту студию несколько лет назад четыре молодые женщины, и сейчас ее продукция не только популярна в Норвегии, но и вышла на рынки других стран. Что двигало этой четверкой статных норвежек? Желание заработать? Любовь к изысканным формам?

Наблюдая за тем, как чувственно выдувают они эти необычных форм емкости, после чего со всей полнотой страсти погружают их в пламя печи, я подумал: это все же притяженье огня!

Работать с огнем – это значит сказать нет любому ненастью! Актуально. Огонь как компенсация, как путь от прохлады к теплу – к гармонии. А то, что в результате получают красивые изделия, – так это дань собственной женственности. Не сталь же девушкам плавить…

Серую непогодь, кстати, можно еще и компенсировать цветами. В полной мере я увижу это в Ставангере, а здесь, в Хогесунде, придумали кресла. Они разноцветные. Они разбросаны в людных местах города, включая, например, живописный местный пляж.

Стояло такое креслице и у нашего отеля Saga. Устал – присядь. Но именно что на яркое, красивое кресло, заботливо поставленное авторами этого социального проекта специально для тебя.

Мы шагали меж хвойных стволов в сторону Homeland of the Viking Kings – этнического поселения королей викингов, что в Эвалдснесе, как вдруг нам навстречу высыпала толпа… маленьких викингов.

Веселые вихрастые мальчишки и девчонки возвращались с экскурсии выходного дня. Накануне они заехали в этот этнокомплекс, переночевали тут, и вот уже возвращаются, уступив площадку другой группе, которая вовсю там переодевается в викинговские одежды и готовится к викинговскому обеду.

В очаге горит огонь, на столе крынки с чем-то молочным.

А у кромки воды одинокая фигурка совсем еще юной викингини ласкала взглядом свою будущую судьбу.

Сами викинги, сильные и бесстрашные, они ведь тоже всегда нуждались в тепле. И порой решали эту проблему весьма экзотическим способом. Как этот задумчивый норвежский король, взявший в жены прекрасную Льюфвину, уроженку монгольских степей с горячей южной кровью, а мальчишки у них получились норвежско-монгольские – со степной прытью и отсветом фьордов в глазах.

Здесь же, в музее при Homeland of the Viking Kings, нас накормили классической едой викингов. И, представьте себе, она оказалась с перловкой. Тем, кто знает меня не один год, знакомы страшная быль про то, как когда-то (ну, очень давно!) меня насильно кормили в детском саду перловым супом. И с тех пор меня перловкой «можно убить». А тут – попробовал, съел, жив. Вот они какие, викинги.

Вообще с годами я склоняюсь к тому, что наши пищевые запреты – не ем, того, этого, еще чего-то – сплошь предубеждения. Вот, пожалуй, что едят все, – так это рыбу. Может, и впрямь мы все вышли в доисторические времена из морских глубин?

Прибыв по национальной туристической дороге Ryfylke в Mo Laksegard in Suldal, мы, конечно, надеялись плотно пообщаться со своими вероятными водными предками. Но Salmon Safari помешала плохая погода, и гигантских лососей нам продемонстрировали на расстоянии.

Погоревали, однако, мы недолго. Потому что нас ждал очаровательный Ставангер. И главная цель путешествия – фьорды.

О том, что Ставангер очарователен, я, впрочем, в тот момент еще не догадывался. Мало ли что пишут в справочниках и википедиях: привык полагаться только на собственные впечатления. Если бы еще за месяц до этой поездки кто-то сказал мне, что я влюблюсь в этот норвежский порт, я бы в ответ недоуменно пожал плечами. Но… на то она и любовь, что всегда «нечаянно нагрянет».

В городе есть два чудеснейших квартала. Первый, Gamle – за углом от набережной. Тут когда-то селились самые что ни на есть бедняки, а то и бродяги, и домики были соответствующими. И решили уже было местные власти этот район снести, но воспротивился один местный житель – я бы сказал даже, общественник (в Норвегии вообще общественники имеют право голоса, и порой этот голос становится решающим). Придумал концепцию своего рода дизайн-поселения: пусть все дома будут тут белыми и одно-двухэтажными. И, представьте, власти концепцию эту приняли. Квартал сохранен, и очень мил – теперь тут приятно гулять, а жилье, говорят, совсем не дешевое.

Другой квартал – в самом центре и вида совершенно противоположного: дома тут разноцветные. И опять же получился он таким по инициативе некого общественника. А попросту обычного жителя. Поселился он тут в те времена, когда дома были однообразно серыми, а ему-то хотелось тепла (извечная, напомню я вам, северная тяга к теплу – в том числе и в красках). Он взял и покрасил свой дом в желтый цвет. Соседи сначала напряглись. Но анонимку в управу писать не стали. Присмотрелись. И тоже решили перекраситься! Теперь тут все дома – самых разных цветов. И выглядит это очень радостно.

Кстати, на таком фоне совершенно великолепно смотрится популярный в Ставангере стрит-арт. Рисунки все больше о любви. А о чем еще рисовать в северном городе?

В Ставангере, к тому же, по меньшей мере, два музея, безусловно, достойных внимания. Вы можете себе представить Музей консервов? Я теперь могу. Потому что осмотрел его и знаю, как это делается: как рыбка потрошится, сушится, коптится, раскладывается в жестяные баночки, заливается маслом, закатывается. И получаются сардины, копченые в масле.

Но это такой «камерный» музей.

А вот Музей нефти – масштабен! Тут и модели гигантских нефтедобывающих морских платформ, и настоящие буровые вышки, и статистика ежеминутной добычи нефти по все стране. Дети от него в восторге. Взрослые с вниманием погружаются в тему.

Мне же ближе всего оказалась чрезвычайная лиричность улиц Ставангера. Она в стильных-странных скульптурах, в расписанных художниками из разных стран мира стенах, в сбегающих к воде крутых тропинках, в приглушенном свете за витражами полуночных ресторанов и кафе.

И в стеле с эмблемой города на центральной площади, которую тут ласково и иронично именуют памятником креветке.

Этого момента я ждал примерно так полгода: белый корабль, открытая палуба, а слева и справа они – фьорды.

Да, тогда, весной, я уже чуть-чуть ими полюбовался – то была двухчасовая прогулка по Аурландс-фьорду: от пристани Гудванген близ Флома. И был просто ошарашен порожистыми зелеными горами, нависающими над тобой с двух сторон, подобно неправдоподобным театральным декорациям. Все это было живым, цветущим, а ручейки и ручьи водопадов создавали ощущение северного рая, если бы такой существовал.

Но мне говорили: да ты видел только малую часть! Потому что фьордов (глубоко врезающихся в сушу заливов) в Норвегии около тысячи, и каждый имеет свой характер, свой стиль, свой образ. Вот поплывешь от Ставангера…

И я поплыл по Люсе-фьорду. В сторону знаменитого Прекестулена – Кафедры проповедника. Я увидел совсем иную красоту. Это была красота мужская, мужественная – именно такой фьорд, мне кажется, к лицу настоящему викингу.

Статные и суровые, скалы возвышались, подобно природным небоскребам. Зеленая щетина их лиц лишь обозначалась сдержанными «кустовыми» акцентами. Углы были остры, а водопады не дамскими слёзками стекали тут и там, а если уж проливались, то бурным, неукротимым потоком.

Женственность северной природы вдруг открылась мне, однако, и тут. Вот упитанные козочки щиплют траву на отлогах.

Вот неожиданный почтовый ящик, прикрепленный чьей-то заботливой рукой прямо к скале: подплыви, дотянись – и опусти в него послание. Любимой? Миру? Себе?

А вот и сам Прекестулен. Снизу, сколько ни зуммируй, он кажется таким маленьким! А ведь он высотой больше 600 метров, и сама его площадка – тоже не мала: 25 х 25 метров. С воды Прекестулен представился мне вовсе не Кафедрой проповедника (возможно, так он смотрится с дрона), а скорее, мощным подбородком северного воина. Мы же викинги! – как бы с гордость утверждают скалы.

И тут на прощанье нас осенила своей нежностью радуга.

Еще раз напомнив, что Норвегия все-таки еще и женственна.

Фото автора

Источник

Проверьте также

Заводной туризм: как попасть на предприятия и зачем это нужно

Фото: Анастасия Обуденкова Производственное закулисье – сюда пока может попасть не каждый. Например, увидеть, какой …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Comments links could be nofollow free.